воскресенье, 29 мая 2011 г.
суббота, 21 мая 2011 г.
Не люблю говорить о хорошем, потому что всегда боюсь это потерять. Но всё равно надеюсь, что это лишь мои страхи, которые не имеют подтверждения.
10 апреля … сегодня тяжелый день. Морально. Ты вроде как невзначай сказал мне про свою знакомую, и выяснилось, что ночевал ты у неё. Сейчас мне даже трудно писать об этом, но хотя бы руки не трясутся, как тряслись в тот момент, когда я не выдержав, лихорадочно пыталась выплеснуть тебе свою боль, о которой ты даже не догадывался. Хотелось послать всё к черту, даже не было сил и желания куда-то идти. Но я не стала всё переворачивать. Шла к метро и думала. Что всё страшное для меня уже не так страшно, я за тебя я уже так не держусь мысленно, как это было раньше. Мне казалось, что я птица в золотой клетке, и мне хочется вырваться на свободу, снять с себя все эти покрывала и оковы, в которых я устала тащить себя. И не так уже тяжело кажется отдать тебя этому миру, освободить себя от тебя и наоборот… мы стояли с тобой и говорили о том, что происходит. Вернее пытались поговорить. Мне было трудно произносить слова и фразы, которые так прочно засели в моей голове, но которые я никогда тебе не озвучивала. Я не хотела как-то омрачать наши отношения своими заморочками и какими-то личными комплексами и своей ревностью. Я не хотела делать что-то, что даже при моем большом нежелании может превратиться в претензии или какие-то ограничения твоей свободы. Но видимо, настал момент, когда нужно было сказать всё, как есть… это было очень трудно, но я сказала. И от этого стало легче. Но итог разговора состоит в том, что… мне просто придется мириться со всем этим. С присутствием в твоей личной жизни других девушек, с которыми ты видишься, общаешься, пьешь, которым ты делаешь комплименты, у которых ты можешь переночевать… Или уйти через некоторое время, когда силы справляться со своими переживаниями иссякнут совсем… я так устала. Так устала. Не хочется ничего. Уже совсем ничего. Всё было не так. Я хочу туда вернуться.(апрель 2011)
Когда ты говоришь фразы вроде «…только ненормальная могла меня полюбить…», «главное, что ты меня любишь…», внутри меня происходят такие смешные вещи.. Словно ты узнал какую-то мою тайну, втайне от меня, и говоришь мне о ней прямо в лицо, экий бесстыжий! Сразу хочется вроде как забрать обратно свою тайну, хочется по-детски обидеться и сказать: а откуда ты знаешь, что я тебя люблю, ведь я тебе об этом ни разу не говорила!(февраль 2011)
Какое-то время назад я думала, что тебе будет практически всё равно, если начав встречаться с тобой, я буду иногда видеться с Ваней, Юрой/Катей (с одним Юрой я никогда не гуляю). Я больше переживала за то, что нужно будет где-то брать силы справляться с ревностью тебя к бывшей девушке, к твоим подругам или многочисленным знакомым девушкам, которые просто входят в круг твоего общения, твоей жизни, хотя и не сугубо личной.
Но сегодня я чувствовала себя почти ничтожеством, когда говорила тебе о том, что собираюсь встретиться с Ваней. Почему так, я не знаю. Быть может, потому что боюсь причинить тебе боль, хотя твои чувства ко мне далеки от сильных. Быть может… Нет, я не знаю. Это просто Ваня, к которому я всегда относилась лишь как к замечательному другу, и это просто встреча, о которой я сказала тебе, потому что ненавижу ложь и не вижу в этом ничего постыдного. Но, Боже мой, боясь обидеть тебя (хотя спрашивается- с чего ты можешь обидеться-), я сделала хуже себе. Хотя порой мне так бывает больно, как ты вряд ли себе хоть раз представлял. Когда я читаю что-либо о Марине, когда слышу об этой Кате. Но это твоя жизнь, твоё пространство, в которое ты можешь пускать кого захочешь. Так почему я чувствую свою вину перед тобой за еще более безобидные вещи? Может быть, потому что я очень люблю тебя и боюсь потерять. Быть может, это проекция – помню, как больно мне, когда кто-то как-то рядом с тобой.(февраль 2011)
Сегодня 23 февраля, и мы не увиделись, потому что твоё здоровье немного подкачало. Ты чувствовал себя виноватым за это, а я просто загрустила от того, что не увижу тебя сегодня, не побуду с тобой рядом, от того, что у тебя что-то болит и что-то мучает тебя. Знаешь, по сути своей я не люблю специально выискивать какие-то «связи»в мыслях, состояниях двух людей, но последнее время я невольно натыкаюсь на такие ситуации.. Например, сегодня я проснулась в каком-то непонятно-тревожном состоянии и еще подумала: «вроде вчера ничего плохого не произошло, и сегодняшнего дня не из-за чего бояться». А потом, зайдя в сеть, понимаю: одно твоё голое «привет» сказало мне о том, что что-то не так. Возможно, это совпадение, ну и пусть. И пусть другие такие мелочи, которые нет-нет и случаются, - тоже всего лишь случайность. Но даже случайности, такие незаметные случайности, придают мне какой-то легкости, уверенности. В чем? Быть может, в том, что ты здесь. Настоящий, хоть сколечко-нибудь мой. (февраль 2011)
«…ты себя иногда так ведешь, как будто любишь меня.. и тебе всё кажется во мне особенным…» - от этих слов внутри себя я улыбнулась с доброй усмешкой. Да я и так тебя.. Но я боюсь этого слова. Мне нетрудно произнести это про себя, но говорить вслух или писать – уже другое. Словно есть на этом или том свете кто-то несогласный. Да, наверное я люблю тебя. И от того, что я могу быть рядом с тобой, имею право, -не только телом, но и душой, могу прикасаться к тебе, целовать тебя, чувствовать твои горячие руки, твоё тепло и знать, что ты такой близкий, и самое главное – что этого хочешь ты – я самый счастливый человек на свете.(февраль 2011)
Ночами, в промежутках между сном и попытками уснуть, я много думаю. Предметом этих мыслей бывает что угодно, но большая их часть – о тебе. Может показаться странным, зачем я об этом говорю, ведь это и так понятно… Но я не говорю о том, что не имеет смысла. Важно то, что думы эти тяжелые. Образ дня, который спокойно жил-был с раннего утра и до позднего вечера, а потом пришел к необратимому концу, сменившись новым днем, словно копирует моё подсознание или сознание(а может, и то и другое, так как ответственности за осознанное принятие этих мыслей я с себя не снимаю): и мы с тобой – словно день, которому придет конец… Я думаю о том, что ты уйдешь в армию и, вернувшись, захочешь и дальше жить без меня, что навсегда уедешь в Ейск, и скажешь «так надо и выхода нет», а я даже не смогу всё бросить и уехать с тобой, потому что слишком зависима… а знаешь, нет – потом я думаю о том, что меня ничего не остановит,потому что согласно моей теории люди с родством душ могут своими руками разрушить всё, не только что-то сделав не так, но и чего-то наоборот не сделав. Но от этого не легчает, и я продолжаю думать.. о том, что я умру и мы больше негде не сможем быть счастливы рядом, потому что ты уже пожелал встретить в раю другую… И всё эти «дети» моих страхов и воображения были бы не так страшны, если бы когда-то давно я не научилась вживаться в роли своей воображаемой реальности: когда в голове возникает очередная картина «конца», я могу со всей(почти) ясностью представить, каково это было бы для меня в настоящем мире, и на мгновение оказаться в этом состоянии. Чаще всего это заканчивается слезами, возможно потому, что для меня это конечная и самая сильная стадия выражения и выплеска эмоций. А потом я начинаю гнать от себя своё нереальное состояние, но оно не собирается уходить. Приходится ждать ещё и ещё, не предаваясь сну еще час-другой. Но подсознанию во сне отнюдь не легче: целую ночь наблюдать за кошмарами и быть их участником ,– в такие дни мне снятся особенно страшные сны, хотя иные мне давно перестали сниться.(январь 2011)
Та мечта (вернее теперь уже эта), что стала действительностью вопреки неверию в неё, стоит всей боли, и пережитой, и той, которую предстоит пережить. Это плата за счастье, преграда, препятствие, проверка, испытание, и может быть что-то еще (как угодно Богу, я точно не знаю.). То, что мне было ниспослано, возможно, даже не заслужено мной, но я пытаюсь. Пытаюсь «с тобою быть целителем покорным». Здесь я решила быть слышащей и зрячей, но попросила себя быть немой. То, что я могу читать или видеть – я читаю и вижу. И мы гонимся друг за другом, и часто достигаем цели: я и Правда, которая режет без наркоза. Я чувствую, как острое лезвие адски впивается в меня, как хлыщет кровь. И хочется закричать, рассказать, какая она, моя боль, и как глубоко и сильно человек может чувствовать.. Но кровоизлияние остается внутренним. Я решила быть немой, когда приходит Эта боль. Я хочу, чтобы ты Жил, Дышал, Чувствовал. И мешать этому я не имею права. (январь 2011)
Подписаться на:
Сообщения (Atom)